В моем детстве, прошедшем в небольшом сибирском промышленном городке Юрга, мы, городская пацанва, нарезав удилища из берегового кустарника, все лето безудержно ловили пескаря. До сих пор вспоминаю, как июльским утром, на восходе оранжевого солнца, река буквально вскипала от игры прибрежной бели. И надергать за час доверху походный трехлитровый котелок было делом обычным.

Шла война. В глухой сибирской деревеньке народ жил впроголодь. Однако же, голодал не так отчаянно, как это было в европейской части России. Здесь лебеду не ели, но хлеба и других продуктов остро не хватало. С каждого подворья платили натуральный налог, то есть мясо, молоко, яйца, мёд выметалось из кладовых сибиряков подчистую. Не было исключения и для многодетной семьи моей бабушки Кати, которая одна растила 6-х детей. Муж и 2 старших сына воевали.